Михаил Грачев: «Даль шел к православию всю жизнь»

27 января 2014 года 14:17


Владимир Даль. Когда слышишь это имя, представляется длиннобородый человек, автор «Толкового словаря живого великорусского языка». Но, помимо этой книги, Владимир Иванович написал множество научных и литературно-художественных произведений. Одних словарей у него было шесть. Еще Даль — врач, офицер, инженер, историк, этнограф… И государственный чиновник. Десять лет своей жизни великий лексикограф провел в Нижнем Новгороде в качестве управляющего имениями, доходы от которых предназначались для императорской семьи. И этот период его жизни был мало изучен. Пробел восполнил заведующий кафедрой русской филологии и общего языкознания Нижегородского государственного лингвистического университета имени Н. А. Добролюбова, профессор, доктор филологических наук Михаил Грачев. Собранные сведения он объединил в книге «Несносно честный Даль». Михаил Грачев сегодня наш собеседник.

— Михаил Александрович, вы — известный специалист по социальным вариантам русского языка, в том числе по лексике уголовного мира. И вдруг — живой великорусский язык, Даль. Как возникла идея заняться изучением нижегородского периода его жизни?


— Это было еще в 2001 году. К 200 летию Владимира Ивановича мы организовали в Нижнем Новгороде международную конференцию по социальным вариантам языка. Мощнейшая была конференция! Я боюсь показаться нескромным, но по уровню она была не хуже подобных мероприятий в Москве и Санкт-Петербурге, пожалуй даже лучше. После нее я стал думать о Дале, о том, чтобы написать книгу. Кстати, Владимир Иванович первым составил словарь жаргона уголовного мира. У него есть неопубликованный труд «Словарь петербургских мошенников».

— То есть вы — его последователь?

— В какой-то мере да.

— Во время работы над книгой что вас особенно удивило, поразило в герое вашей монографии? Или, может быть, вы сделали какой-то совершенно неожиданный вывод?

— Во-первых, я удивился, узнав, какой Даль был необыкновенный патриот. Он безумно любил русский язык и Россию. Я думаю, что если бы русско-турецкая война продолжалась, то, возможно, здесь, в Нижнем Новгороде, он сыграл бы роль Кузьмы Минина. Ведь именно Владимиру Ивановичу, как авторитетному государственному чиновнику, в сложный для России 1854 год министр внутренних дел Лев Перовский поручил собирать народное ополчение в Нижнем. Первым на призыв отца откликнулся сын Даля, Лев Владимирович. Он бросил учебу в технологическом университете в Москве, приехал в Нижний и занялся военным делом. То есть под руководством опытных офицеров начал изучать азы военного искусства, чтобы пойти воевать.

Я бы нисколько не удивился, если бы Лев Владимирович поднимал нижегородцев в атаку, а его отец занимался хозяйственной деятельностью и лечил людей. Ведь Даль как говорил? Экономика Франции и Англии трещит по швам. Там уже идут брожения, многие недовольны войной. Не говоря уже о Турции. России нужно только держаться. Не удалось. В том же 1854 году Севастополь был сдан, война закончилась. Я уверен, если бы мы последовали советам Даля, то победили бы.

В работе над материалами я увидел в личности Даля немало привлекательных сторон. Это был глубоко честный человек. И заголовок-то у моей книги какой, смотрите — «Несносно честный Даль». Так его называли наши чиновники. Пребывая на госслужбе, он ни разу не был уличен во взятке. Хотя в отношении многих его коллег есть письменные свидетельства: и борзыми щенками, и еще много чем брали… Но имя Даля ни разу в подобных историях не фигурирует. Конечно, административный ресурс он использовал, например, будучи начальником канцелярии у того же Перовского. Всем полицейским, священникам, учителям он рассылал циркуляры с просьбами (а просьба начальника для подчиненных — приказ)… о сборе фольклора. Но это делалось им на благо России! И опять-таки: благодаря Далю в 1845 году было создано Географическое общество.

Еще был один поразивший меня момент, говорящий о честности Владимира Ивановича. Когда назревал бунт среди казахов в Оренбурге, туда послали именно его. Казахи и сами просили: «Не надо нам чиновников-мздоимцев. Пришлите нам справедливого Даля». Представьте, обстановка среди казахов напряженная, вот-вот вспыхнет бунт, а Даль буквально несколькими фразами сумел их успокоить и привести ситуацию в порядок. Его там спросили, как он назвал своего первенца. Тот, не моргнув глазом, говорит: «Асланом». А по тюркски «аслан» — это лев. Вот каков был Владимир Иванович Даль!

— Если он так сильно любил Россию, русский язык и все русское, то почему только на закате жизни принял православие?

— Да, он шел к православию всю жизнь. Крестился за месяц до смерти. Даль как говорил? Не будет православия — не будет России. И еще его слова: «Я формально протестант, но в душе считаю себя православным». Похоже, он думал, что недостоин быть в лоне Православной Церкви. Хотя прекрасно понимал: покрестись он, и карьера быстро бы пошла в гору. Тогда на это обращали внимание. И всего за месяц до смерти, всего за месяц… В этом контексте показателен записанный Мельниковым-Печерским, библиографом Даля, диалог с Владимиром Ивановичем, состоявшийся во время одной из прогулок по Москве. Даль говорит: «Я всегда считал себя православным». Мельников-Печерский: «Так что ж мешает вам быть им в действительности? Вот храм». Ответ: «Нет, я недостоин».

— А каков был ваш путь к православию?

— Надо сказать, что к Христу я шел долго. И сейчас еще иду. Но считаю себя православным. Даже «воинственным» православным, который может постоять за веру и Отечество. Мой небесный покровитель — Архангел Михаил. Любить врагов — это хорошо, но когда они нападают на православие, на Россию, наверное, вполне естественно действовать по методу Архангела Михаила. А как иначе? Возьмем Великую Отечественную войну. Родину за-щи-ща-ли. Мой дед, Михаил Павлович Белов, получил два ордена Славы. Еще бы третий, и он стал бы героем Советского Союза. Дед погиб под Кенигсбергом в 1945 году. В честь него даже названа улица в его родном селе Виткулово Сосновского района.

А ведь когда-то я был атеистом. Да-да. Не верил ни во что. Но однажды (я тогда поступал в докторантуру в Санкт-Петербург, это был 1992 год) вдруг начал испытывать угрызения совести. Из-за того, что в свое время читал атеистические лекции. Я чувствовал, что сделал плохо Христу. Просто казнил себя за это, ночами не спал. И казалось бы, с чего вдруг? Не знаю. В таком состоянии я поехал в Питер. И там… Наверное, это было просто чудо. Там я совершенно случайно, как мне тогда казалось, познакомился с игуменом одного из монастырей. И совершенно неожиданно ему, человеку, которого увидел в первый раз, доверился, рассказал обо всем, что у меня на душе. Он спросил: «А вы сейчас верите в Бога?» Я говорю: «Да». «Вот и верьте, говорит. И забудьте о том, что вы сейчас мне говорили». После этого мне стало намного легче. Но я все равно до сих пор виню себя за те атеистические лекции, до сих пор.

Было со мной и второе чудо. Несколько лет назад, когда по усердной, слезной молитве улучшилось здоровье моего сына. Да что улучшилось — страшная беда мимо прошла.

— Не так давно вышла в свет ваша книга «Кошмар Золотой Орды». Она об ушкуйниках, своеобразном «спецназе» древней Руси. Над чем вы сейчас работаете в плане художественной литературы?

— Над книгой об Иване Грозном. Первый царь России, харизматическая личность. Петр I по сравнению с ним — карлик. Иван IV три царства покорил: Казанское, Астраханское и Сибирское. Именно он, пусть непопулярным, как бы сейчас сказали, способом, создал русское государство. Нужно сказать, что во всех своих походах он действовал как православный царь. Поэтому у него многое и получилось.

Беседовала Надежда Муравьева
Фото Алексея Козориза


При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Нижегородской митрополии обязательна.